Усыновленные дети. Сказать им правду или умолчать?

Усыновленные дети. Сказать им правду или умолчать?
Усыновленные дети. Сказать им правду или умолчать?     
Опубликовано: 2013-06-25
Усыновленные дети. Зачастую родители скрывают от них тайну их происхождения. Но стоит ли это делать? К каким последствиям это может привести? И если все-таки рассказать ребенку о его происхождении, то когда это следует сделать?

Дети, выношенные в сердце

Усыновить ребенка, принять его в свою семью – как непросто решиться на этот шаг. Но вот прошло время сомнений, споров с родственниками, бюрократической волокиты, выбора “своего” ребенка, сложный период привыкания друг к другу… Ребенок дома, все потихоньку утряслось, родственники и друзья привыкли к новому члену семьи, кажется, что все позади… Но с возрастом детям свойственно задавать вопросы. И в такой момент родители встают перед выбором: соврать или рассказать ребенку правду о том, как он появился в семье? Ложь, сказанная в первый раз, неизменно приводит к тому, что ты должен врать и дальше, контролировать себя, свои слова, придерживаться легенды… Создается впечатление, что в нашей стране быть приемным ребенком – это что-то постыдное. Тогда как, например, в Америке приемным детям рассказывают, что других просто родили, а их – выбрали!

Мы попросили человека, выросшего в приемной семье, поделиться своими воспоминаниями и отношением к этой теме, поинтересовались мнением психотерапевта, неоднократно сталкивающегося с последствиями скрытых усыновлений.

Виктор, 25 лет

Из тысяч детей выбрали именно меня

Я узнал, что меня усыновили, когда мне было десять лет, рассказала мне об этом мама, затем я поделился новой информацией со своей сестрой, и она убеждала меня, что это неправда... Я был приемным с самого начала моей жизни и не помню мгновения без родителей. Может быть, я не столько страдал, как дети, которых брали в семьи в более старшем возрасте, им, наверно, было сложнее.

Когда я узнал, что я приемный, у меня естественно появилась мысль, кто же мои настоящие родители? У меня, оказывается, были другие имя и фамилия. Мне стало интересно: кто моя настоящая мама? Хотелось увидеть именно ее, а не отца, хотя мне казалось, что я все равно ничего не почувствую. Это было, наверно, просто любопытством. Сейчас это желание у меня редко возникает где-то раз в полгода, я не придаю ему особого значения, оно проходит, потому что я прекрасно понимаю: у меня есть мои родители, и не может быть никаких других вариантов.

Мне неприятно обсуждать вопрос о том, что я приемный, с друзьями, знакомыми. У меня есть один друг, я узнал, что он тоже приемный, и с ним я смог обсудить эту тему, да и то вскользь. Однажды я хотел рассказать о том, что я приемный, своей любимой девушке, но мне это не удалось: было почему-то страшно, я испугался, что она меня не поймет. Но в принципе, своей будущей жене я, наверно, расскажу.

Если отмотать время назад, хотел бы я знать, что меня усыновили? Дело в том, что эта информация не явилась решающей в моей жизни. Я считаю, что дети должны знать, что они приемные. Потому что это знание меняет мировоззрение. Я знаю, что я приемный, и теперь я могу свободно взять ребенка из детского дома. Конечно, принять ребенка – это не значит отдать должное, но знание тоже играет роль в моем решении. Получается, что это знание не столько отрицательно, сколько положительно на меня повлияло.

У лжи короткие ноги, и она все равно далеко не убежит. А тем более скрывать всю жизнь? Если человек с нормальной психикой что-то понимает, то я считаю, ему можно сказать. Быть усыновленным – далеко не самое страшное, что есть в нашей жизни! Только надо сделать так, чтобы у человека информация о том, что он приемный, положительно отложилась, чтобы он понял, что не физиологическое родство соединяет людей, а духовное. Тогда тысячи детей были в ленинградских домах ребенка, но почему родители взяли именно меня? Что-то нас не биологически, не физиологически сблизило, а душевно, значит, в мире есть связи, которые сильнее и важнее биологических.

Причиной того, что приемные родители стремятся сохранить факт усыновления в тайне от ребенка, мне кажется, является страх отчуждения, боязнь того, что ребенку это не понравится. Им кажется, что ребенок потом всю жизнь проведет в поисках своих настоящих родителей. Может быть, они боятся того, что, например, будут наказывать ребенка, а он решит, что они это делают потому, что не любят его – приемного. Страх того, что теперь любой поступок будет восприниматься предвзято со стороны ребенка. Но если ты любишь ребенка, все остальное для него будет не важно. В детстве я чувствовал мамину любовь, с возрастом понял, каким я родился, с каким здоровьем, и каким я вырос благодаря маме.

Я думаю, если у меня будет приемный ребенок, я расскажу ему правду о его рождении. Сейчас не знаю, как я буду это делать, наверно, придет такая ситуация. Я думаю, что все равно настанет время, когда он узнает: случайно ли или от “добрых” людей. Лучше рассказать самому: ничего в этом такого страшного нет. И еще, может быть, когда-нибудь наша страна станет более цивилизованной, и усыновление не будет всем в диковинку. На Западе это – совершенно нормальное явление, может, и у нас когда-нибудь так будет.

У меня нет злобы или обиженности на мир, что меня бросили. Это моя судьба. Значит, так Богу было угодно. Я отношусь к этому просто как к должному. Мне кажется, что важно принять этот момент своей жизни мужественно, понять, что это не страшно. Тем более, когда вся жизнь впереди, зачем зацикливаться на чем-то?

Лилия ФИЛИМОНЕНОК, детский психиатр, психотерапевт, Санкт-Петербург

Тайна усыновления – забота родителей о себе?

Чаще всего тайна усыновления становится известна ребенку в подростковом возрасте, когда он что-то сам находит, или ему кто-то об этом рассказывает. В этом возрасте ребенок и так эмансипируется – отдаляется от родителей, ищет себя в жизни. И вдруг человек узнает, что ему много-много лет врали… А в подростковый период самое важное – сохранение доверия между ребенком и родителями.

Когда взрослые боятся что-то сказать ребенку – это, в первую очередь, связано с заботой о себе. Если честно задуматься – страшна реакция ребенка. Как он отреагирует на это? Страшна даже первая его эмоциональная реакция. Страшно, что ребенок вдруг будет как-то по-другому себя вести, изменятся отношения, он захочет отыскать своих биологических родителей...

Я сталкивалась с тем, что родители скрывают от детей смерть какого-то родственника, потому что им самим страшно об этом рассказать. Они якобы берегут ребенка, но он чувствует какую-то недоговоренность, у него повышается уровень тревоги.
Да и родителям тоже не позавидуешь. Человеку, который постоянно себя контролирует, как разведчик, сложно быть свободным, и это, конечно, плохо отражается на отношениях с приемным ребенком и другими домочадцами.
Естественно, тяжело узнать, что ты усыновленный, но это нужно знать – и это будет ограниченный во времени период переживаний. Невозможно уберечь ребенка от всех переживаний в жизни. Сложности приводят к личностному росту: человек растет и развивается, преодолевая что-то, обдумывая, принимая ситуацию. Ограничения в сложностях приводят к тому, что ребенку будет еще тяжелее при встрече с ними.

Кроме того, когда человек чего-то избегает, то он не берет ответственности за ситуацию на себя. Приемные родители избегают неприятной ответственности рассказать ребенку правду о его появлении в семье – на самом деле и они сами не растут личностно, и они в чем-то не взрослеют. Любая тайна заключает в себе что-то неоднозначное и сложное: мало того, что самому надо принять и пережить, а получается, что надо еще и ребенка поддержать, понять его чувства, говорить с ним об этом. Проще просто скрыть…

Отношения могут ухудшиться, когда они и так плохи

Каждому человеку, чтобы понимать свое место в мире, важно знать историю своей жизни, свое прошлое. Например, в Англии родители обязаны рассказать ребенку о том, что он приемный, социальные работники следят за тем, чтобы это было сделано к определенному возрасту.

У Виктора знание того, что его усыновили, стало поводом для принятия решения самому взять ребенка. Это знание – повод не для трагических раздумий, а для расширения диапазона жизни: дети рождаются, дети принимаются в семью – это нормально. Получается, что родитель, который об этом не рассказывает, считает, что в этом есть что-то постыдное. А ребенок может решить, что если от него это скрывалось, значит в этом действительно есть что-то постыдное, что-то плохое есть в его биологических родителях – значит, и с ним что-то не так.

Я думаю, отношения в семье могут ухудшиться, когда они и так плохи. Мне приходилось слышать от родителей, у которых возникали проблемы с детьми, о том, что это, наверно, влияют какие-то патологические гены. И это говорилось даже в случаях, когда дети были кровными. А когда ребенок приемный и у него начинаются сложности в поведении, а отношений доверительных нет, то проще все списать на гены... Это снимает ответственность.

Случается, что в семьях, где есть и приемные, и кровные дети, родители опасаются рассказывать ребенку, что он усыновленный, потому что боятся, как бы у него не появилось идеи, что его меньше любят, чем других из-за того, что он приемный. Да, возникновение таких идей и ревности возможно. Но такое сплошь и рядом встречается и в обычных семьях: старшим иногда кажется, что больше любят младших, младшим – старших. Единственное лекарство – проявлять заботу и любовь о том, у кого возникает ревность, а не отталкивать его, не говорить, что он неправ.

К подростковому возрасту приемный ребенок уже должен знать историю своего появления в семье, ведь к этому же возрасту ребенку должна быть известна тайна рождения человека. К сожалению, мне часто приходилось сталкиваться с тяжелыми подростковым депрессиями, толчком для развития которых было случайное открытие ребенком правды о себе: из найденных документов, от бабушки, соседей... В действительности очень сложно утаить это событие. Да и стоит ли менять всю свою жизнь ради того, чтобы утаивать от ребенка, что он усыновленный?

Как рассказать?

Имеет смысл давать информацию в том объеме, в каком спрашивает ребенок, и в тот момент, когда он спрашивает. И не рассказывать очень много. Маленький ребенок спрашивает: откуда я взялся? Родители не пускаются в объяснение физиологии и анатомии, а говорят: ты был у мамы в животике. В том же объеме надо отвечать и на вопросы о происхождении, чтобы ответ был адекватен вопросу и возрасту ребенка. Ребенку стоит знать какие-то основные ключевые моменты, нет необходимости рассказывать ему тяжелые подробности из биографии его кровных родителей. Ребенку важно знать, что у него была такая-то мама, такой-то папа без негативной информации. Потому что, наверно, они не от счастья отказались или потеряли путем лишения родительских прав этого ребенка. Наверно, в чем-то это были несчастные люди. Они дали ему жизнь, спасибо им за это. Я бы посоветовала с таким аспектом рассказывать о них ребенку. Самим приемным родителям стоит относиться к этим людям, как к дальним родственникам. Принять, понять, простить – это, конечно, очень тяжело, но необходимо. Жизнь же действительно не черно-белая, она пестрая, и любая правда достаточно условна. Иногда к рассказыванию лишних подробностей о прошлом ребенка родителей может подтолкнуть та же самая тревога, когда им хочется доказать: я лучше.

Рассказывать следует не в кризисный период, не на фоне конфликта, а в тот момент, когда ребенок готов услышать эту информацию. А готовность он продемонстрирует своими вопросами. Если нет любви и доверия, хоть скрывай, хоть не скрывай – все одно. А если есть, то рассказ о том, что ребенок приемный, вовремя и в правильной форме приведет к повышению уровня доверия, а отсутствие этого рассказа – к понижению. Конечно, лучше заранее продумать, что и как говорить, посоветоваться со специалистами. Если нет уверенности, что стоит озвучивать какой-то факт из прошлого ребенка – не надо этого делать.

Поиск кровных родителей

В маленьком возрасте ребенок вряд ли будет искать своих родителей. Совершенно необязательно, что такое желание возникнет и во взрослом возрасте, и не всегда возможно найти кровных родителей, но приемным родителям надо быть к этому готовым и заранее решить, как они будут вести себя в этой ситуации. Я знаю подростков, которые находили своих биологических родителей, смотрели на них один раз, и все – на этом их интерес иссякал. Если же подросток очень захочет увидеть биологических родителей и их реально найти, то, может быть, приемным родителям стоит поехать вместе с ним, чтобы поддержать его и в случае необходимости защитить. Давайте представим, что есть какой-то реальный человек, который нас родил. Действительно очень хочется увидеть, какой он. Это не значит, что мы с ним хотим жить, общаться, делить свои радости и невзгоды. Стоит помнить, что любая нереализованная потребность накладывает тяжелый отпечаток на формирование личности.

Не думаю, что стоит выносить информацию о том, что ребенок приемный, за пределы семьи. Семья имеет свои границы, они должны быть достаточно очерчены и не полностью проницаемы. Возможно, в какой-то ситуации потребуется рассказать о том, что ребенок приемный, например, врачу или какому-то другому специалисту. Принимать решение и нести ответственность за его последствия – родителям. Более того, пока сам родитель не уверен, что он готов к разговору – начинать его не стоит.

Источник: miloserdie.ru



j